или просто о своей смерти и как-то себе это представил.

А был такой период, когда моя кузина Алла представляла себе это постоянно. И регулярно обещала родственникам покончить с жизнью. Мне было тогда около шестнадцати, а ей около двадцати двух.

Сначала она обещала это страшим родственникам. А потом позвонила мне и сказала, что хочет попрощаться и все такое. Я была уже в курсе ее настроений и очень боялась.

Надо сказать, что у меня есть три самых страшных страха, то есть таких, которых я физически, прямо на кожно-подкожном уровне боюсь пуще смерти: я боюсь удушья, боюсь быть надолго запертой дома и боюсь потерять остроту ума. Эти страхи я переносила в девчачестве и на мою кузину, к которой была очень привязана и не то частью которой себя чувствовала, не то ее частью себя.

И вот, когда кузина сказала мне, что она приступает к самоубийству, я безумно напугалась.

• Как ты хочешь это сделать? - спросила я.

• Прыгну с балкона.

• Ни в коем случае, - в ужасе закричала я. - У Вас там все заросло совсем. Ты медленно падать будешь. За ветки цепляться. А потом еще кусты спружинят. Будешь годами лежать в доме неподвижно с переломаным позвоночником. Никуда никогда больше не выйдешь! Ты что!

Некоторое время мы опсуждали перспективы прыжка из подъезда соседней новостройки. Но там были горы мягкой земли и ненадежные по жесткости стройматериалы.

В конце концов старшая сестра решила, что она повесится.

• На чем? - нервно спросила я.

• Ну, на крючке от люстры.

• Только не это! Пожалуйста! Потерпи еще! Понимаешь, в блочных домах потолки ненадежные и крючки эти на соплях держаться. Повисишь-повисишь, а потом сорвешься. Умереть не умрешь, а дурочкой слабоумной на всю жизнь останешься. Так и будут слюни всегда по подбородку течь.

• Это еще почему?

• Потому что мозг будет долго без кислорода и рассудок отомрет!

  Точно так же несостоятельными оказались идея заблудиться в лесу или броситься под электричку. И еще многое другое.

  В полном отчаянии от того, что сестра в ее отчаянии все-таки обратиться к одной из этих опасных метОд, я умоляла ее:

• Подожди немножко, ничего не делай. Я тебе перезвоню. Только дожись. Поклянись, что дождешься!

  Сестра поклялась и я кинулась искать выход. Выход я обычно искала в книжках. Это были мои самые надежные, никогда не подводившие друзья. Я вытазила из серванта толстый истрепаный темно зеленый „Справочник медицинской сестры по уходу за больным“ и углубилась в раздел „Отравления“.

  И часа не прошло, как я с облегчением перезвонила кузине и доложила во всех деталях уже разработанный мой план, как нам добыть „Люминал“ или „Веронал“, а потом попросила ее записать дозировки.

  На том конце провода воцарилась гробовая тишина. Наконец, Алла спросила дрожащим голосом:

• Так ты что, действительно хочешь, чтобы я насовсем умерла? Ты?

  Последующие годы Алла больше не думала о смерти.

  А я думала. И придумывала разные интересные варианты. Потому что я верю в то, что бывает своя смерть и не своя смерть. Вот которая к тебе подходит и которая не подходит. Точно-точно к тебе. Твоя собственная. Но до вчеращнего дня, я не могла найти для себя подходящей. Все они как-то мне не соответствовали. А вчера – нашла! Сейчас расскажу.

Это вомбат, если кто не знаком.


Вот так выглядят коалы прежде, чем упасть вам на голову.


А вот так гордо и независимо плавают кошки на кораблях.

Так вот, если однажды мне станет совсем невмоготу, я уеду в Автралию. Найду дерево с коалами и встану под ним...